Человек лгать способен. Тогда получается, что мы, может быть, и вершина природы, но и исчадие ее, мы -- нечто, противоречащее ее сути. И если бы я принимал участие в конкурсе на определение того, что такое "человек", в конкурсе, который продолжается без всякого успеха уже десять тысяч лет, то предложил бы такую формулировку: "Человек -- существо, обладающее способностью лгать и не могущее существовать без этой способности, ибо обречено на страх перед одиночеством". Именно страх перед одиночеством вынуждает нас лгать и терпеть чужую ложь и на пароходе, и в космосе, и в семье.

Даже рай и ад человечество во все времена и у всех народов представляло и представляет в виде мощного коллектива праведников или грешников. И в раю и в аду всегда кишмя кишит народ. Ни одному гению не пришло даже на ум наказать грешника обыкновенным могильным одиночеством. Ведь на миру и раскаленная сковородка, и сатанинские щипцы, и кипящая смола -- чепуха. Вот помести мертвого грешника в обыкновенный гроб, закопай, и пусть он там лежит в одиночестве без надежды пообщаться даже с судьями в день Страшного суда. Рядом с таким наказанием коллективное

бултыхание в кипящей смоле -- купание на Лазурном берегу.

Человек не может представить себе полного одиночества даже на том свете. А за любое общение надо платить. И разменной монетой для этого испокон веков была и есть ложь. Ложь -- первородный грех: как сожрали яблоко и не признались -- вот отсюда все и пошло.

"Правда настолько драгоценна, что ее должен сопровождать эскорт из лжи". Это сказал великий мастер по эскортам Уинстон Черчилль. Он-то уж знал, что говорил.

Однако не след забывать о двух коэффициентах, которые, как и все вообще постоянные величины, по своей сути пришей кобыле хвост, потому что выведены и введены в формулу общественной жизни чисто эмпирическим путем, путем подбора и случайного на них натыкания, а не логическим путем; но эти коэффициенты все-таки существуют. Я имею в виду любовь и привычку.